Змеиная Долина

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Змеиная Долина » Гет » "Lily Evans and the Marauders", макси, PG, ЛЭ/ДжП, закончен


"Lily Evans and the Marauders", макси, PG, ЛЭ/ДжП, закончен

Сообщений 1 страница 10 из 24

1

Название: "Lily Evans and the Marauders"
Автор: kckfchicks
Переводчик: Eve-Angel
Пейринг: ЛЭ/ДжП
Жанр: Общий, Юмор
Рейтинг: PG
Размер: макси
Саммари: Приключения Лили и мародеров на шестом курсе.
Предупреждение: АU и ООС
Статус: закончен
Ссылка: http://www.fanfiction.net/s/1811328/1/L … _Marauders

Отредактировано Eve-Angel (26-03-2010 14:20:05)

0

2

Глава 1. Просто Лили


Смешно зевнув, Лили протянула руку и нашарила будильник. Пора вставать. Подойдя к окну, она раздвинула занавески. Занималось летнее утро. Небо было светло-розовым, в воздухе витал запах едва распустившихся цветов.

Зайдя в ванную, Лили посмотрела на себя в зеркало и осталась довольной: розовощекая одиннадцатилетняя девочка с темно-рыжими волосами и изумрудными глазами.

Натянув джемпер поверх футболки, она спустилась на кухню.

— Сходи за почтой, — Петуния деловито разливала свежевыжатый апельсиновый сок по чашкам.

— У нас праздник? — спросила Лили, указав на обильный завтрак: пончики с персиками, горячие пирожки, яблочное желе и вафельные трубочки.

— Я пытаюсь подлизаться к маме и папе, чтобы они купили мне дизайнерскую сумку. У всех наших девчонок в школе такие.

— Но ведь каникулы только начались!

— Сходи за почтой, — прикрикнула на сестру Петуния.

— Ладно, ладно. Уже иду.

У входной двери валялось несколько газет и письмо.

Девочка заинтересованно разглядывала желтоватый конверт со странной печатью: четверо животных окружали большую букву «Х». Письмо было адресовано Лили Эванс.

Лили вернулась на кухню, с любопытством вертя конверт в руках.

— Доброе утро!

— Доброе, папа! Я приготовила для вас с мамой завтрак.

— Очень мило, дорогая. Но боюсь, у нас не будет времени. Мы должны быть в офисе в девять.

— Всем привет!

Лили не обращала на них внимания. Она все еще была поглощена странным конвертом, и в то же время боялась открыть его.

— Лили! — крикнула Петуния. — Мама говорит, что я должна отвести тебя к миссис Кент.

Миссис Кент была старой, немного чудаковатой дамой, жившей в конце улицы и часто присматривающей за Лили в то время, когда ее родителей не было дома, — они были страховыми агентами и всегда пропадали на работе.

— Мне прислали письмо.

— Так открой его. В чем проблема? Хотя, наверное, это ошибка. Кто тебе может написать? — Петуния ненавидела, когда сестра получала больше внимания, чем она.

— Открывай, — подбодрила мама.

Девочка разорвала конверт и стала читать. Ее глаза расширились.

— Что там? — нетерпеливо спросила Петуния.

— Я ведьма.

— Мы это и так знали. В письме-то что?

— Нет, здесь говорится, что я ведьма. Волшебница, — упрямо повторила Лили. — Я зачислена в школу Чародейства и Волшебства Хогвартс, — все ее лицо светилось внутренней радостью, будто несбыточная мечта вдруг превратилась в явь.

— Прости, что?

— Профессор Диппет хочет, чтобы я приехала в школу осенью.

— О, детка! Я так горжусь тобой! — Мэри Эванс крепко обняла дочь.

— Хогвартс! Ничего себе! — восхитился Марк. — Это удивительно! Наша маленькая девочка — волшебница!

И только Петуния не принимала во всем этом участия. Не радовалась, как остальные, а молча стояла в стороне и со злостью смотрела на сестру. Зависть, едкая зависть капля за каплей просачивалась к ней в душу, отравляя своим ядом само ее существование.


Пять лет спустя.


Стоял один из тех августовских дней, когда хочется сказать, что жара струится дождем.

Лили спустилась в ту же самую кухню. Теперь она была гордой ученицей Хогвартса и готовилась поступать на шестой курс. Жизнь казалась прекрасной, будущее — полным радужных надежд.

— Доброе утро, — девушка плюхнулась на стул и потянулась за соком.

— Доброе, — огрызнулась Петуния. — Взбей сливки. Я не хочу заляпать обручальное кольцо.

Она была помолвлена со своим парнем четыре дня, десять часов, двадцать минут и приблизительно тринадцать секунд, и постоянно всем об этом напоминала.

— Скоро придет Вернон. Всё должно быть идеально.

— Меня здесь к тому времени не будет. Я встречаюсь с Беллой, помнишь?

— Как будто меня это волнует. Я тебя подвозить не собираюсь.

— Тем лучше, — рассеянно проговорила Лили, пробегая взглядом первую полосу свежей газеты.

Громкий автомобильный гудок объявил о приезде ее лучшей подруги. Девушка схватила чемодан, клетку с кошкой и выбежала на улицу.

— Белла! — крикнула она вместо приветствия. Ее всегда восхищала внешность подруги: темные густые волосы, пронзительные глаза и гордая осанка.

— Привет! Я скучала по тебе. Давай помогу, — Белла взяла ее вещи и засунула в багажник.

— Добрый день, мистер Фигг.

— Рад тебя снова видеть. Хорошо провела каникулы?

— Эмм... да, — кивнула Лили и повернулась к Белле: — Как Франция? Я так завидую!

— Это было потрясающе! Я ела слизняков! Это не шутка. Папа тоже их ел. Я видела Эйфелеву башню. Мы посетили кучу музеев. И концерт! Было круто!

— Здорово! Жаль, что меня там не было.

— Я привезла тебе оттуда их еду, — девушка расстегнула сумку и вытащила небольшой сверток. — Там пироги. Это чтоб мы с голоду не умерли, пока будем ходить по магазинам.

Лили благодарно улыбнулась и убрала сверток в свою сумку.

— Вкусно пахнет.

— Да, французы их обожают.

***

Когда автомобиль прибыл к Дырявому Котлу, девушки сразу выскочили на улицу.

— Вперед, девочки, — мистер Фигг распахнул дверь в паб, прошел в маленькое помещение и постучал палочкой по нескольким кирпичам. Стена стала двигаться и преобразовалась в сводчатую арку. Проход приводил в длинный, широкий, переулок — Косую Аллею.

Лили вытащила из кармана небольшой список, и влилась в толпу.

— Так... Пергамент, учебники, перья...

— Папа, давай встретимся позже в мороженице.

— Конечно. Увидимся, — легко согласился мистер Фигг и заспешил к магазину «Всё для Квиддича».

— Начнем с учебников?

Лили кивнула и направилась во «Флорриш и Блоттс». Внутри было множество рядов книг по всем предметам. Девушка откинула волосы с лица и начала изучать стеллажи в поисках «Стандартной книги заклинаний. Курс шестой».

Купив все необходимые учебники, они направились в магазин одежды.

— Добрый день. Могу я чем-нибудь помочь? — спросила полная дама с шотландским акцентом.

— Нам нужны новые мантии для Хогвартса.

— У меня свежий завоз. Молодые люди как раз сейчас ждут свои заказы, — женщина подвела девушек к примерочным.

Сердце Лили отчаянно заколотилось, и она обозлилась на себя за это. Глаза девушки останавливались поочередно на четверых парнях, стоявших перед ней.

Джеймс Поттер, юноша с теплыми карими глазами и вечно растрепанными волосами, звезда квиддича, гриффиндорский ловец. У него была хорошая фигура, какое-то прирожденное изящество, благородная осанка — словом, всё, что нравится девушкам.

Сириус Блэк, школьный сердцеед, загорелый, сероглазый, с темными волосами и обаятельной улыбкой.

Римус Люпин, с хорошими манерами и прекрасным цветом лица, застенчивый и вежливый, светловолосый с глубокими, таинственно мерцающими глазами.

И, наконец, Питер Петтигрю, яркая противоположность всем троим мародерам. Лили никогда не понимала, как он попал в эту компанию: немного полный, нескладный, с волосами мышиного цвета; из-под нависших бровей блестели слегка косившие, близко посаженные глаза. Ничего примечательного.

Белла поставила сумку на пол и, придвинувшись к подруге, прошептала: — Они такие симпатяжки!

— Да брось ты. Всего лишь самовлюбленные, заносчи...

— Отчего же не здороваетесь, леди? — в глазах Сириуса вспыхнул веселый огонек.

Лили не имела ни малейшего желания разговаривать с ними. Все в Хогвартсе обожали эту четверку шутников и нарушителей спокойствия. От нее не ускользали радостно-взволнованные лица однокурсниц, когда мародеры появлялись в гостиной. Девушек словно лихорадить начинало. Но только не Лили.

— Хм… боитесь попасть под мое обаяние? — предположил Блэк, заставив друзей рассмеяться.

— О, да. Все знают, как трудно устоять перед тобой. Просто невозможно, — с легкой иронией заметил Джеймс.

— Именно. Тебе бы хоть часть моего обаяния, Джим, — продолжал веселиться Сириус.

Лили оглядела его с головы до ног и ответила без смущения, с невозмутимым безразличием: — Отстань, Блэк.

— Так... — сказала подошедшая владелица магазина. — Мне нужны ваши размеры, — она указала палочкой на рулетку, и та, тут же взлетев, замерила все необходимое.

Женщина ушла в подсобку и вскоре вернулась с мантиями: — Вот, мистер Поттер, это вам. Удачного учебного года!

— Удача нам понадобится, — двусмысленно кивнул Сириус.

***

Закончив со всеми необходимыми покупками, Лили и Белла направились в мороженицу. Мистер Фигг был уже там — сидел в углу и доедал рожок.

— Девочки!

Мужчина взял их свертки и направился к проходу, ведущему в мир маглов. Лили заметила мародеров, сидящих в одном из кафе. Римус бросил на них взгляд и снова повернулся к друзьям.

— О, Мерлин! Ты видела, как он на нас посмотрел!

— Да ну. Вовсе не на нас. Наверное, просто на свое отражение в стекле, — весело предположила Лили. — А наша звезда квиддича...

— Двое из них играют в квиддич. Не только Джеймс, но и Сириус.

— Правда? — притворно удивилась девушка. — И кто же он? Вратарь?

— Нет! Загонщик!

— О, прости. Ты так много о нем знаешь. Наверняка представляла его в качестве своего парня?

— Сириуса? Ни за что!

Лили тихонько рассмеялась. Ей было хорошо рядом с Беллой. Целых пять лет длилась эта безоблачная дружба. Они были, как две половинки одного целого. Понимали друг друга без слов. С ней она могла быть самой собой. Просто Лили.

Отредактировано Eve-Angel (26-03-2010 14:23:19)

0

3

Глава 2. Хогвартс-экспресс


Что-то в воздухе уже предвещало скорую перемену погоды. Лето подошло к концу, и настало время возвращаться в Хогвартс.

Лили немного волновалась. Она так соскучилась по лестницам-ловушкам, волшебному потолку Большого Зала и уютной гриффиндорской гостиной, которую всегда красиво украшали на Хэллоуин и Рождество.

Наконец, мистер и миссис Фигг отвезли девушек на вокзал. Взяв по тележке, они положили в них свои чемоданы.

Ардинн недовольно мяукала из-за того, что хозяйка шла слишком быстро. Лили и Белла прислонились к холодному, каменному барьеру и оказались на платформе «девять и три четверти», от которой отходил Хогвартс-экспресс.

Перед их взором предстал большой красный поезд. Девушки оставили свои вещи в одном из купе и снова вышли на платформу, чтобы разыскать друзей. Они прошли мимо Амоса Диггори — семикурсника, родители которого поддразнивали его насчет его без умолку щебетавшей совы.

Потом подруги увидели Джеймса Поттера. Отец обнимал его, мать рыдала. Лили услышала, как она сквозь всхлипы говорила: — О, Джеймс! Мы будем по тебе скучать!

— Мама, — простонал юноша, заметив, что многие смотрят в их сторону.

— Жизнь дома будет слишком тихой без тебя.

Лили бы так хотелось, чтобы ее родители тоже были здесь и говорили ей такие слова! Как Поттер может вести себя так, будто ему это не нравится?

Единственный раз, когда родители сказали, что гордятся ей, был тогда, когда она получила письмо из Хогвартса. В тот далекий день они подарили ей серебряный медальон, который она носила, не снимая.

— Смотри, там Мэдисон, — Белла дернула подругу за рукав, вырывая из раздумий.

Мэдисон была довольно симпатичной: белокурые волосы до плеч и слегка блеклые светло-зеленые глаза. Немного портило впечатление выражение ее лица: в нем было что-то жесткое и в то же время беспомощное.

— Лили! Белла! Я так рада вас видеть!

— Нам не хватало тебя во время покупок.

— Да, жаль. Но вы же знаете моих родителей. Кстати, они идут к нам. Так, готовьтесь...

— Ах! Мисс Эванс, мисс Фигг. Очень жаль, что мы не видели вас летом! — учтиво сказал мистер Грегори.

— Нам нужно было задержаться в Америке. Такая прекрасная страна, — вздохнула миссис Грегори и повернулась к дочери. — Хорошо, моя дорогая, увидимся на Рождество.

— Пока, мам. Пока, пап. Люблю вас.

Когда они были вне пределов слышимости, Мэдисон пробормотала: — Скучные старики.

Лили всегда чувствовала, что она была не особо искренней.

— Когда-нибудь я тоже будут путешествовать по миру. Как вы двое, но поеду дальше, чем Франция и Америка.

— В своем воображении, — съязвила Мэдисон и тут же сменила тему: — О, Мерлин! Вы видели Сириуса Блэка? Он так вырос за лето!

— Блэк? — переспросила Лили, со значение глядя на Беллу.

— Смотрите, вон он со своим фан-клубом, — Мэдисон указала в сторону мародеров.

Рядом с ними было, по крайней мере, семь девушек, которые всё время глупо хихикали и что-то щебетали.

— А взгляните на Питера!

Петтигрю стоял чуть в стороне и с завистью смотрел на друзей.

— Мне, наверное, никогда не понять, почему они позволяют ему шататься с ними? — скривилась Лили.

— Только потому, что он вытаскивает их из проблемы, — засмеялась Мэдисон. — Они решили называть себя мародерами.

— Мародерами? Они решили это больше двух лет назад, дурочка.

— Да, но теперь это официально. Ах, да мой отец сказал, что в этом году у нас будет новый директор. Интересно, кто?

— Альбус Дамблдор. Я прочитала это в Ежедневном Пророке.

— Дамблдор? Я слышала: он очень умный, — протянула Белла.

— Какая разница? Главное, чтобы он не был таким же чудаком, как наш бывший директор, — холодно сказала Мэдисон.

— Профессор Диппет?

— Да. Он был сумасшедшим.

Прогудел свисток.

— Нам лучше поторопиться.

Девушки вошли в поезд и отправились на поиски своего купе. Но когда, наконец, добрались до него, обнаружили там двух молодых людей.

— Мы можем вам чем-нибудь помочь? — вежливо спросил блондин в элегантном вплоть до последних мелочей костюме и с идеально уложенными волосами. Черты его лица выражали спокойствие, но это спокойствие, казалось, говорило не столько об обычном состоянии души, сколько об умении владеть собой.

— Эээ… вообще-то это наше купе. Видите — там вещи, — сказала Белла, указывая на чемоданы.

— О, простите. Разрешите представиться: Люциус Малфой. Слизерин, шестой курс, — юноша улыбался, но одними губами. Его ледяной взгляд не принимал в улыбке никакого участия. — А это мой друг Северус Снейп. Тоже слизеринец.

— Очень приятно. Теперь вы не могли бы уйти?

— Только после того, как вы представитесь, — холодно ответил Северус.

— Белла Фигг, Мэдисон Грегори и Лили Эванс. А теперь убирайтесь, или придется вам помочь.

— Белла Фигг? Арабелла, не так ли? О, Боже! Северус, это о ней я тебе рассказывал. Ее отец работает на Министерство в отделе по защите маглов, — презрительно усмехнулся Люциус. Сощурив глаза так, что видны были лишь две горящие щелочки, он добавил, как бы рассуждая вслух: — Значит, мы пытаемся кусаться? Право же, что-то слишком много талантов для нашей Арабеллы!

Белла встрепенулась, словно от удара: — Закрой рот и выйди, наконец, из нашего купе! И хорошенько запомни: назовешь меня Арабеллой еще раз, я тебя...

— Какие-то проблемы? — голос Сириуса звучал подкупающе ласково, но в то же время в нем чувствовалась твердость.

Четверо мародеров стояли в дверях купе и с неприязнью смотрели на слизеринцев.

— Леди, мы можем вам чем-нибудь помочь?

— Мы сами справимся, — огрызнулась Белла и впилась взглядом в Люциуса: — Выметайтесь, или я заколдую вас!

— Ну и манеры! — в глазах Малфоя загорелась злая насмешка. Но все же он поднял свой роскошный чемодан и направился к выходу. Северус последовал за ним.

— А мы можем к вам присоединиться?

— И вы туда же? Вон!

— Зачем, — произнес Блэк самым нежным голосом, — зачем так горячиться?

И мародеры отправились в свое купе. Лили слышала, как Сириус пропищал тоненьким голоском: — Вон!

— Мальчишки, — пробормотала Белла. Но вспышка гнева уже прошла, и ей самой вдруг захотелось смеяться.

***

Поезд стремительно двигался, за окном сменялись пейзажи. Подруги болтали и громко смеялись. Настроение у всех было приподнятое — ведь скоро они приедут в любимую школу.

Начавшийся дождь негромко барабанил по окнам. Когда поезд прибыл на станцию «Хогсмид», дождь усилился. Выбравшись из поезда, девушки поспешили к каретам. Никому не хотелось вымокнуть.

— Льет как из ведра! — Мэдисон нервно поправляла прическу.

— Не волнуйся, с твоими волосами всё в порядке, — успокоила Лили.

Карета плавно сдвинулась с места.

Вскоре вдали появился Хогвартс. Школа вся сверкала праздничным оживлением. Сотни окон блестели.

Лили, Мэдисон и Белла вылезли из кареты и побежали к главному входу. И все же успели промокнуть насквозь, хотя пробыли под дождем не больше минуты.

Из соседней кареты появились мародеры и неспешно направились к замку. Они шли так, будто возвращались после великих дел. Зачинщики веселья, хранители бесценных сокровищ радости.

В холле к ним тут же с восторженными возгласами подскочили поклонницы. Одна девушка грубо отпихнула Мэдисон в сторону, чтобы быть поближе к Сириусу.

— А что мы можем поделать? Мы подарок Бога женщинам! — заметив это, рассмеялся Блэк.

— О, Сириус, — какая-то блондинка игриво ударила его по руке.

Лили фыркнула и, взяв подруг под руки, направилась в Большой зал. Войдя внутрь, они застыли на пороге, восхищенно затаив дыхание.

Над длинными столами парило множество свечей, заливающих пространство сияющим светом.

Подойдя к гриффиндорскому столу, они стали рассаживаться. Лили выдвинула стул и уже собралась сесть, как он внезапно исчез. Она не успела это заметить и плюхнулась на пол. Отыскать виновника не составило труда — Джеймс, с улыбкой от уха до уха, вертел в руках палочку. Девушка впилась в него взглядом, но промолчала. Мэдисон душил смех.

— Ты не должна смеяться, — прошипела гриффиндорка, заметив, что подруга еле сдерживается.

— Я… я не... — она все же не выдержала и расхохоталась.

— Не вижу ничего смешного.

— Сегодня же назначают префектов, — встряла Белла, не давая вспыхнуть ссоре.

— Да… интересно, кто же это будет?

Быть префектом было очень почетно. От каждого факультета выбирали юношу и девушку, которые должны были заниматься общественными делами, и, как ожидалось, быть образцами для подражания.

Когда все студенты расселись, в зал вошли первокурсники. Профессор МакГонагалл подвела их к учительскому столу, перед которым стоял трехногий табурет.

— Когда я назову ваше имя, вы сядете на этот табурет, и шляпа определит вас на факультет, — объяснила она. — Эдвери, Гарольд.

Щупленький мальчик неуверенно вышел вперед. Едва коснувшись его головы, шляпа выкрикнула: — Пуффендуй!

Пуффендуйцы дружно зааплодировали, и Гарольд направился к своему столу. Следующая девочка — Шарлотта Бэрни — была распределена в Когтевран.

Лили отвернулась от первокурсников и, посмотрев на Беллу, нервно спросила: — Как думаешь, кто станет префектом?

— Уверена, это будешь ты. Ведь ты — лучшая ученица курса.

Фрэнка Датча отправили в Гриффиндор, и девушки присоединились к сокурсникам с аплодисментами.

Наконец, распределение закончилось. Последняя первокурсница — Кэти Видерби — стала слизеринкой.

— Добрый вечер! — начал высокий человек с длинной серебристой бородой и чуть изогнутым носом. — Меня зовут Альбус, но, думаю, школьные чиновники предпочли бы, чтобы вы называли меня профессором Дамблдором. Я новый директор, поскольку профессор Диппет ушел в отставку в прошлом году. Но я рад занять его место. А теперь то, чего вы все ждете, — назначение префектов.

Он подождал несколько секунд прежде, чем продолжить. Лили сидела — прямая, собранная, на лице ни тени улыбки, глаза устремлены в пустоту.

— От Пуффендуя — Джонатан Лионел и Синди Ашонэл.

Назначенные префекты встали и направились к учительскому столу за своими значками. Потом они сели за отдельный стол, который, по традиции, наколдовывали только раз в году.

— От Слизерина — Люциус Малфой и Хэйли Паркинсон.

— От Когтеврана — Брэд Маркус и Стефани Брук.

Лили задержала дыхание.

— От Гриффиндора — Джеймс Поттер и Лили Эванс.

Девушка облегченно выдохнула и направилась за значком. Гриффиндорцы громко хлопали. В их взглядах сквозило восхищение, и она отвечала благодарной улыбкой.

Мародеры выкрикивали имя Джеймса. Тот довольно усмехнулся, услышав кого назначили вторым перфектом.

— Спасибо, профессор, — поблагодарила Лили после того, как МакГонагалл прикрепила значок к ее мантии.

— Я ожидаю, что вы оба будете достойными представителями факультета... Поттер! — прикрикнула профессор, увидев, что Джеймс стоит в пол оборота и машет одобрительно гудящему гриффиндорскому столу.

— Да, да, хорошо, — быстро ответил он.

Лили закатила глаза. И почему его назначили? Он же такой безответственный!

Девушка села рядом с Джеймсом, благодаря Бога, что это только на сегодняшний вечер.

— Поздравляю! И да начнется пир! — громко провозгласил Дамблдор, и на столах появились всевозможные блюда.

— Какой же я голодный! — воскликнул Поттер.

Разнообразие еды впечатляло: жареные цыплята, отбивные, разные супы, пасты, соусы, тыквенный сок и многое другое. Чуть позже появился десерт: пудинги, желе, пирожные и сладости.

После того, как все наелись, еда исчезла, и тарелки опять стали чистыми.

Директор снова поднялся и, обращаясь к префектам, сказал: — Узнайте у деканов пароли и отведите первокурсников в гостиные.

Лили и Джеймс, собрав вокруг себя первогодок, повели их в гриффиндорскую башню. Оказавшись перед портретом Полной Дамы, девушка назвала пароль, и дверь распахнулась.

— Так, слушайте меня внимательно! Слева от вас — лестница, ведущая в комнаты мальчиков, справа — в комнаты девочек. Запрещается заходить в спальни людей противоположного пола.

— Да, мальчики. Бесполезно даже пытаться.

Несколько студентов захихикали. Лили бросила юноше многозначительный взгляд, призывая не развивать тему.

— На двери вы можете найти схему школы. Также запрещено ходить в Запретный лес...

— Если вы не хотите умереть самой страшной смертью, конечно.

Первогодки снова засмеялись.

— Если возникнут какие-нибудь вопросы, можете обратиться ко мне или к Поттеру. А сейчас идите к себе.

Как только дети ушли, Лили угрожающе повернулась к Джеймсу: — Слушай, может ты думаешь, что все это очередная забава, но поверь мне это не так. Всё очень серьезно. Я упорно трудилась, чтобы добиться такого высокого положения.

— Эй, — самолюбие юноши явно было задето. Его лицо, до сих пор сохранявшее мягкое выражение, внезапно посуровело. — Ты не единственная, кто упорно трудился в прошлом году. Я тоже прилагал усилия и планирую стать главным старостой. Мои родители верят в меня, и я их не разочарую. Никакая пламеголовая заучка с завышенным самомнением мне не помешает! — Поттер развернулся и вышел из гостиной своей обычной стремительной походкой.

«Пламеголовая заучка с завышенным самомнением? Сначала дурацкая шутка со стулом, а теперь еще и это. Если он думает, что я это так просто оставлю, он глубоко ошибается!»

Отредактировано Eve-Angel (26-03-2010 14:23:43)

0

4

Глава 3. Месть


Всю ночь Лили провела в лихорадочном беспокойстве. Лежа в кровати, она придумала способ отомстить Поттеру.

Когда рассвело, девушка открыла окно, и свежий утренний воздух принес некоторое облегчение.

Выйдя из ванной, Лили посмотрела в зеркало, висящее на стене и улыбнулась. Она была тоненькая, как тростинка, густые волосы отливали золотом — очаровательный рыжеволосый ангелочек.

— Какие у нас сегодня уроки? — спросила Белла.

— Утром зельеварение и заклинания, а потом у меня еще музыка и трансфигурация.

— Не так уж и плохо. У меня еще предсказания, — сказала Мэдисон. — Надеюсь, Трелони перестанет пророчить Джеймсу скорую смерть, как она делала весь прошлый год.

— Чего это тебя так волнуют? Поттер — всего лишь высокомерный идиот.

— А мне кажется, он лапочка.

Спустившись в гостиную, они увидели мародеров.

Молодые люди были в хорошем расположении духа. Если мимо проходила девушка, они кланялись ей с почтительной дерзостью, оправдывая репутацию людей, влюблявшихся на более или менее продолжительное время во всех представительниц прекрасного пола.

Лили отозвала Джеймса в сторону. Лицо её светилось нежностью и добротой.

— Послушай, — вкрадчиво начала она, дотронувшись до его рукава. Гладкая материя скользнула под пальцами. — Я хотела извиниться за вчерашнее. Мы оба заслужили звания префектов, — девушка незаметно вытащила палочку из кармана и прошептала заклинание.

— Всё в порядке, — коротко сказал Поттер. По его голосу нельзя было уловить, что он чувствует.

Лили довольно улыбнулась и поспешила за подругами.

***

Несколько человек показывали пальцем на Джеймса и смеялись. Амос Диггори подбежал к юноше и ткнул ему в грудь.

— О, Джейми! Такой шутник! — улыбнулась миловидная брюнетка, проходя мимо.

Поттер окончательно растерялся, а смех кругом становился всё неудержимее. Юноша не выдержал и, круто развернувшись к друзьям, чуть ли не прокричал: — Что, черт возьми, происходит? Почему все смеются надо мной? В чем дело? — потом он добавил, понизив тон: — У меня всё в порядке с лицом, не так ли?

Сириус, расплывшись в улыбке, указал на его значок: вместо слова «Префект» было написано «Тупица».

— Не могу поверить, что ты так долго этого не замечал, — усмехнулась Лили, беззвучно подойдя сзади.

Джеймс резко обернулся. Девушка уже не улыбалась.

— Ты же всегда так любишь повертеться перед зеркалом...

— ТЫ это сделала? — лицо юноши было бесстрастным, а губы, казалось, еле двигались. Но слова прозвучали ясно, с неотразимой властностью: — Верни всё, как было!

— Думаю, лучше оставить, как есть, — гримаса презрения исказила черты Лили. — И не зли меня больше.

Джеймс был уязвлен и раздражен ее насмешкой. Горькое чувство подсказывало ему обидные слова. Но всё же он не дал им сорваться с языка. Обозленные друг на друга, они разошлись в разные стороны, мысленно посылая друг друга ко всем чертям.

Мэдисон зашлась в восторге: — Блестяще! Просто блестяще!

Войдя в класс, подруги увидели, что все уже на своих местах. Профессор Валтер, прислонившись к столу, листал учебник. Это был высокий человек среднего возраста с небольшими залысинами. Взгляд его был спокойным, но в то же время живым и внимательным.

— Доброе утро. Пожалуйста, садитесь, — сказал мужчина, заметив вошедших.

Мэдисон и Белла заняли последнюю свободную парту, оставив Лили в дверях. Одинокая, трогательно растерянная, она замерла на пороге.

— Ты могла бы сесть здесь, — застенчиво предложил Северус Снейп.

— Эээ… хорошо. Спасибо.

Когда все расселись, профессор Валтер привлек внимание студентов: — Итак, я понимаю, это первый учебный день, но я хотел бы, чтобы вы все сосредоточились. Вы можете сами выбрать зелье, которое хотите сварить. В конце урока я оценю вашу работу. Можете начинать.

Снейп повернулся к девушке: — Приступим?

— Ладно. Какое зелье хочешь варить?

— Может, сыворотку правды?

— Согласна. Но ты должен подсказать мне рецепт, — улыбнулась Лили.

Юноша смущенно кивнул.

***

После заклинаний с профессором Флитвиком наступил обеденный перерыв. Наскоро перекусив, Лили захватила флейту и отправилась на урок музыки. Открыв дверь, она сразу почувствовала сладковатый запах ванили.

— Привет, — поздоровалась Дана. — Где профессор Рэдклифф?

— Не знаю.

Как раз в этот момент в класс стремительно вошел темноволосый молодой человек. Многие девчонки считали его невероятно красивым, и Лили не могла не согласиться с ними: глаза профессора сияли яркой синевой, а голова всегда была повернута так, что не оставалось никаких сомнений насчет того, кому адресован его взгляд или слова.

— Для разогрева сыграем гимн Хогвартса.

Лили поднесла флейту к губам и заиграла. Многие говорили, что она прекрасно играет. И ей действительно нравилось это занятие.

Внезапно дверь с шумом распахнулась, и на пороге появился Джеймс.

— Лили Эванс нужно присутствовать на собрании префектов.

Несколько студентов приветственно махнули ему, и он улыбнулся в ответ.

— Хорошо. Лили можешь идти.

Девушка быстро собралась и вышла из класса.

— Что еще за неожиданное собрание?

— А мне откуда знать? Я же тупица, — Джеймс произнес эти слова спокойно, без эмоций в голосе, даже не взглянув на нее.

До Большого Зала они дошли молча. Другие префекты были уже на месте.

— Хорошо, все в сборе, — начала МакГонагалл. — Я подумала, что было бы неплохо устроить бал в честь нового директора. Я хочу поручить вам его организацию. Что скажете?

— Отличная идея! Но на какую тему будет бал? — спросила Стефани.

— Может, костюмированный? — предложила Синди, напористая молодая особа с хорошеньким лицом и оловянными глазами.

МакГонагалл кивнула и сделала пометку у себя на листке.

— Маскарад, — подал голос Джеймс.

— Что это, Поттер? — Люциус Малфой поднял бровь, демонстрируя удивление.

— Маскарад — бал в масках.

— Но это глупо. Как мы можем гарантировать, что все наденут маски? Лично я бы не хотел носить ее на балу.

— А по-моему, это прекрасная идея, — вмешалась Хейли, худенькая девушка с заостренным личиком. — Мы могли бы сами раздать всем маски.

— Точно, — согласилась Синди. — Это наилучший вариант.

— Мы также могли бы украсить Большой Зал, — предложила в свою очередь Лили.

— Конечно, — сказала МакГонагалл, не забывая делать записи. — И когда всё это устроить?

— На Рождество?

— На Хэллоуин?

— А, может, сюрприз? Мы попросим всех нарядиться, но не скажем зачем. Когда студенты спустятся в Большой Зал, мы раздадим им маски. И начнется бал!

Малфой откровенно зевнул.

— Прекрасно! — похвалила МакГонагалл, не переставая что-то строчить. — Замечательные идеи! Детали обсудим позже. А сейчас прошу вас вернуться на занятия.

Джеймс первым выскочил из зала, но побежал в противоположную от класса предсказаний сторону. Он выглядел ужасно подозрительно, и Лили по-настоящему разволновалась: куда же он направился?

Отредактировано Eve-Angel (26-03-2010 14:24:33)

0

5

Глава 4. Маленькая тучка


Лили села за гриффиндорский стол и пододвинула к себе яблочный пирог. Шел сильный дождь, и зачарованный потолок был покрыт толстыми, серыми тучами. Она с тоской подумала об уходе за магическими существами и гербологии, которые будут проходить на улице.

В зал ввалились Джеймс и Сириус с ведрами и бутылками шампуня и направились к слизеринскому столу, почти сразу высмотрев белокурую макушку. То ли Малфой что-то такое прочел на их лицах, то ли просто сработало чутье — уж дураком он никак не был… Но ничего не успел предпринять: подойдя к Люциусу и Северусу, юноши опрокинули ледяную воду им на головы.

— Интересно, вы оба слышали о правилах приличия? — знатное происхождение не позволяло юноше перейти на крик.

Не обращая внимания на его слова, Сириус прыснул изрядное количество шампуня ему на голову. Джеймс сделал тоже самое со Снейпом.

— Мы решили помыть ваши волосы, так как вы никогда этого не делаете.

— Мы же для вас стараемся. Ведь это, должно быть, неудобно расхаживать по школе с не промытыми волосами!

Не выдержав, Люциус вскочил со скамьи как ужаленный: — Как. Вы. Смеете?

Гриффиндорцы отскочили назад и вытащили палочки. Малфой выхватил свою. У Джеймса было такое выражение лица, будто он только этого и добивался. Студенты с любопытством ждали, что же произойдет дальше.

Но Лили не могла сидеть, сложа руки, и наблюдать, как назревает конфликт. Пунцовая от негодования, она бросила на Джеймса молниеносный взгляд, в котором ясно читалось бешенство: — Прекратите сейчас же!

В зале моментально воцарилась тишина.

— Это не твое дело, Эванс. Мы сами разберемся!

— Я возмущена тем, что вы, гриффиндорцы, оказались способны на такую низость! — высокомерным тоном произнесла Лили. — Скучно? Повоевать охота?

Юноша впился в нее взглядом: ее тон удивил его больше, чем слова. Они стояли друг напротив друга, стиснув зубы и порывисто дыша.

У девушки так сильно колотилось сердце, что, казалось, стоящий напротив Поттер должен был слышать его удары. Первым отвел взгляд Джеймс. Он пнул стул с такой силой, что тот опрокинулся. Затем схватил Сириуса за руку, принимавшего общее молчание за одобрение их поступка, и потянул к выходу.

— Эта спесивая гордячка испортила такую прекрасную шутку, — простонал Блэк, тщетно пытаясь вырвать руку из цепкой хватки друга.

Мэдисон резко повернулась к Лили и громко зашептала: — О чем ты вообще думала? Ты что не понимаешь, что теперь ты их новый объект для издевательств?

— Совершенно ни к чему читать мне нотации, — девушка как ни в чем ни бывало вернулась к прерванному завтраку.

***

Гербология проходила совместно с пуффендуйцами в теплице, переполненной экзотическими растениями.

— Это пчеловики. Осторожно — могут ужалить, — предупредила профессор Спраут, невысокая полненькая волшебница с огромной остроконечной шляпой на копне седых волос. — Они очень быстро растут, поэтому мне нужно, чтобы вы их пересадили. Поделитесь на группы и приступайте. И, пожалуйста, не забудьте надеть перчатки.

Студенты бодро принялись за дело: надели перчатки и подошли к горшкам с растениями. Те были довольно необычными: длинный фиолетовый стебель, усеянный крохотными шипами, заканчивался маленьким алым цветочком, больше походившим на какой-то странный отросток.

— Аккуратно обхватите стебель снизу и рывком дерните вверх.

Лили сделала так, как сказала профессор, но ничего не вышло. Она подергала еще пару раз. Потом не рассчитала силу и так сильно дернула пчеловик, что даже отступила назад. Растение издало какой-то непередаваемый утробный звук.

— Возьми большой горшок.

Белла схватила горшок со стола и подставила под растение. Лили быстро засунула его туда, и Мэдисон засыпала землей. Девушки успели пересадить еще десять растений прежде, чем закончился урок.

Лили даже не успела выйти на улицу, как почувствовала, что что-то капает за шиворот. Она подняла голову и увидела маленькую тучку, зависшую над головой. Девушка резко обернулась. Вообще-то резкость была вполне мотивирована: мародеры!

Лили потянула подруг наружу, надеясь, что тучка останется на месте. Но та медленно поплыла за ней. Она продолжала поливать девушку, даже когда они вернулись в замок.

— Думаю, стоит сходить к Помфри прежде, чем ты заболеешь, — предложила Белла.

— Я не доставлю им такого удовольствия!

— Но ты простудишься. К тому же ты выглядишь как-то нелепо…

— Я сама избавлюсь от этого.

— Что с тобой, Эванс? Неудачный день? — усмехнулся Сириус, незаметно подойдя сзади.

— Нет, всё, как обычно. Одним словом, жутчайшая банальщина.

— И каковы впечатления? Тебя ничего не смущает? — Блэк раскованно улыбнулся, но его глаза цветом напоминали сталь. — Кажется, у тебя что-то над головой.

— По-моему, это маленькая тучка, — отметил Джеймс, нехорошо прищурившись.

— Захлопнитесь, — сказала Белла и положила руку на плечо подруги, но тут же отдернула, так как ее рукав моментально намок.

Мародеры засмеялись.

— Было глупо вставать на нашем пути, Эванс. Мы никогда не шутили над тобой, но раз уж ты вмешалась... Ничего не поделаешь, — развел руками Поттер. В его глазах не было ни капли жалости.

Ее рука проворно взлетела и опустилась на щеку юноши. Манеры, которые Лили столь успешно усваивала долгие годы учебы в Хогвартсе, не заглушили в ней природную необузданность чувств.

— Маленькая женская месть? — жестко усмехнулся Джеймс, потирая щеку. — В ее классическом варианте?

Впервые в жизни девушка поняла, что такое состояние аффекта, толкающее на убийство. Ей хотелось броситься на Поттера и задушить его.

«Стоп! Не сейчас!»

Взяв себя в руки, она развернулась и поспешила прочь.

— Вперед! Залей всю школу! — весело крикнул Сириус вслед.

***

После истории магии, Лили и Белла спустились в Большой Зал на обед. Мэдисон заявила, что не голодна, и осталась в гриффиндорской башне.

Тучка все так же висела над Лили. И хотя каждый учитель, которого она видела, советовал обратиться к медсестре, девушка отказывалась. Белла не одобряла подобное упрямство и тщетно предлагала ей зонтик.

Весь день мародеры осыпали Лили всевозможными остротами и колкостями. Но она все так же продолжала ходить с тучкой над головой, доказывая тем самым, что ее совершенно не волнует то, что сделали «отпущенные под честное слово идиоты из ближайшей психушки».

Лили и Белла сидели за столом, ожидая начала обеда. В зал вошли мародеры, как всегда окруженные толпой девиц, и сразу стали центром всеобщего внимания.

Высокая смазливая блондинка прямо висла на Сириусе и что-то чирикала ему на ухо. Но тот, казалось, ее не слышал. Вся группа, преувеличенно бодро насвистывая, подошла к гриффиндорскому столу. Блондинка удобно устроилась на коленях Блэка. Лили покачала головой и попыталась рассмеяться, но вместо этого закашлялась.

— Это глупо, — мягко заметила Белла. — Сходи к Помфри.

— Нет, — хотя она вымокла и продрогла до костей, но духом не пала.

— Сири, мы пойдем в Хогсмид на выходных?

— Я уже говорил, Дот, нет, — раздраженно ответил юноша, на левой скуле дернулся желвак.

Очевидно, эти двое встречались. Но Сириуса никогда не хватало надолго. У него не было недостатка в девушках, но они не играли никакой роли в его жизни. Для него все красавицы были равны, и каждый роман имел перед прежним лишь преимущество привлекательной новизны.

Как только на столе появились блюда, Лили сразу приступила к еде. Ей не хотелось, чтобы пища намокла. Но все равно основным блюдом была дождевая вода. Хлеб состоял из нее на две трети, мясной пирог был насыщен ею до отказа. Что же касается варенья, масла и кофе, то они, перемешавшись с водой, очевидно, вознамерились создать какой-то невиданный суп.

Когда еда исчезла, и тарелки снова стали чистыми, Лили и Белла встали и направились к выходу. Сириус внезапно вскочил. Его подружка тут же свалилась на пол. У юноши непроизвольно вырвался смешок.

— Приятно видеть, что не перевелись еще рыцари, — Лили приблизилась к ним на шаг.

— Помоги мне, Сири, — капризно попросила Дот.

Он протянул ей руку. Но так как Лили стояла совсем близко, тучка залила пол водой. Дот поскользнулась и, громко охнув, вцепилась в юношу, стремясь удержаться в вертикальном положении. Оба рухнули на пол раньше, чем сообразили, что, собственно, произошло. Держась друг за друга, они барахтались с переменным успехом, пытаясь встать. На их лицах застыло выражение полной обалделости.

Джеймс бросился другу на помощь, но удача от них в этот день явно отвернулась: их ноги разъезжались на мокром мраморном полу. Вскоре все трое снова потеряли равновесие и упали. Это выглядело довольно комично.

Окружающие самозабвенно любовались увлекательным зрелищем, выкрикивая самые противоречивые советы. Слизеринцы начали заключать пари, высказывая разнообразные предположения о том, что случится дальше.

— Сесть в лужу легко. Труднее ходить с мокрыми штанами, не так ли, «герои», — Лили не спрашивала, скорее, констатировала факт.

Сириус, до того растерявшись, что в голове не осталось ни одной мысли, лихорадочно пытался придумать хотя бы парочку дельных фраз — и с ужасом убеждался, что не в состоянии ничего сообразить. Дот висла на нем камнем. Блэк только раскрыл рот — это был единственный видимый признак его волнения. Но в его взгляде можно было прочесть все нелестные выражения, какие недопустимы в цивилизованном обществе.

Выходя из зала, Лили и Белла слышали за спиной восторженные крики: «Ну, слава Мерлину, наконец-то все в порядке!» и тут же, без паузы: «А, черт, опять!»

Из глубины сознания поднималась слепая ярость. Лили не собиралась прощать обидчиков. Сейчас им только престиж помяли, но она планировала кое-что покрепче.

«Чтобы долго помнили и потом весь год пересказывали. А главное, чтобы уяснили, что я не по стеночке в Хогвартс прокралась — пришла с гордо поднятой головой и никого не боюсь. Они совершили непростительную ошибку. И за последнее время это что-то стало часто повторяться!»

Отредактировано Eve-Angel (26-03-2010 14:26:25)

0

6

Глава 5. Хогсмид

Всю неделю Лили немного нервничала. Она нашла одно интересное заклинание и время от времени практиковала его, удостоверяясь, что всё пройдет удачно.

Вскоре наступили выходные. Дул несильный ветер, дождь противно моросил.

Но несмотря на это, Лили, Белла и Мэдисон отправились в Хогсмид, в одно из своих самых любимых мест. На каждом углу находились всевозможные магазинчики с дружелюбными продавщицами и толпой посетителей. Больше всего им нравилось «Сладкое королевство», где продавалось вкуснейшее печенье с фисташками.

Подруги решили сразу пойти в «Три метлы», пока другие студенты не заняли все столики.

Им повезло — любимое место было свободно. Заказав, три чашки горячего шоколада, они расположились у окна.

Белла сделала большой глоток. Лили тоже поднесла стакан к озябшим губам и отхлебнула. По телу разлилось приятное тепло.

— Ммм... — пробормотала она, с удовольствием попивая напиток. — Нигде не готовят шоколад так хорошо, как здесь.

— Эй, смотрите, кто здесь, — шепнула Мэдисон, кивая на вход.

Порыв холодного ветра влетел в паб, заставляя посетителей поежиться. Вошли мародеры. Блэк, как и говорил, пришел без подружки.

— Привет, мои дорогие, — Сириус уселся рядом с Лили. Джеймс и Питер сели напротив. — А где же наши напитки?

— Это вопрос или простая реплика? — девушка закатила глаза. Их навязчивость и притязания на исключительность опять привели ее в ярость.

Юноша бесцеремонно вырвал чашку из ее рук и сделал вид, что пьет.

— Стоп! Поставь обратно!

— Злюка, как и всегда, — нежно сказал он.

— А где Римус? Вы же, как попугаи-неразлучники?

— Он навещает свою… ээ… больную бабушку, — видно было, что вопрос застиг Джеймса врасплох.

— Опять? Сколько времени она уже болеет?

— Я сказал бабушку? О, нет, я оговорился — кузину. Да… Кузину Берту. Правда, Питер?

— Эээ… да.

— Не смей! — крикнула Мэдисон, заметив, что Сириус незаметно пододвигает ее чашку к себе, и хлопнула его по руке. Юноша накрыл ее ладонь своей и ласково погладил.

— Не вижу что-то восторга.

— А он в глубине души, — холодно парировала девушка.

Даже самой себе она не хотела признаваться, что у нее дрогнуло сердце, когда вошел Сириус. Эта худоба, этот кошачий разрез дымчатых глаз, длинные волосы…

— Откуда такая игривость в тоне? — саркастично подметил Джеймс. — Кстати, как там твое имя?

— О, Мерлин! Мы учимся на одном факультете вот уже шесть лет, а ты до сих пор не запомнил мое имя, — недовольно проворчала Мэдисон и встала, чтобы заказать еще шоколада.

— Ну и что? Я честно не помню! Может, у меня не совсем обычный склад ума.

— То, что ты называешь складом ума, скорее можно назвать спадом, — снисходительно бросила Лили и, взяв Беллу за руку, потащила от мародеров. Незаметно достав палочку, она нацелила ее на юношей и беззвучно прошептала: — Баиламосос!

В течение неуловимого мига ситуация повернулась на сто восемьдесят: Джеймс, Питер и Сириус внезапно вскочили, с грохотом опрокинув стулья. Взобравшись на столы, они, по-видимому, решили снискать славу великих танцоров: Джеймс начал вальсировать с невидимым партнером, в то время как Сириус бил чечетку, а Питер танцевал кан-кан.

Только одно бросалось в глаза — выражения лиц танцующих: торжественность на лице Сириуса резко контрастировала с одуревшими глазами. Питер танцевал торопливо, высоко задирая ноги, с недоумением на мрачном лице. Оскорбленное выражение Джеймса не гармонировало с изящными движениями.

Было очевидно — мародеры пытались остановиться, но руки и ноги их не слушались.

Подруги хохотали до слез. Все присутствующие, вначале оторопевшие от неожиданности, тоже начали смеяться. Вскоре стены паба сотрясались от гомерического хохота. Произведенный эффект превзошел все ожидания!

Лицо Джеймса раскраснелось, ссуженные глаза кровожадно уставились на Лили.

Девушка широко улыбнулась. Эта сцена доставляла ей истинное удовольствие, и она даже не пыталась придти им на помощь.

— Не думала, что в вас скрыт такой потенциал, — похвалила Мэдисон.

— Ну, залезли на стол, потанцевали, почувствовали себя звездами — слезайте, — добавила Белла.

Выйдя на улицу, они продолжали хохотать.

— Это было здорово! Великолепное зрелище! Чемпионат по состязанию идиотов!

— Все так смеялись.

— Мародеры были просто в истерике, — усмехнулась Мэдисон, вытирая слезы. — Особенно, когда под общее улюлюканье начали расстегивать рубашки. Жаль, что желающих накинуться на их тела не нашлось!

— Пусть Поттер дважды подумает прежде, чем шутить над кем-нибудь, — рассмеялась Лили.

— Ну, не знаю. Вряд ли это его остановит, — задумчиво протянула Белла.

— Да ладно тебе. Видела, какое у него было лицо? Не думаю, что в ближайшее время он что-нибудь устроит, — уверенно заявила Мэдисон.

Но Лили не верила в столь простую и убаюкивающую версию. Жизнь научила ее, что человек мало в чем может быть уверен, и что люди не любят свидетелей своей слабости.

***

В среду вернулся Римус, как всегда, бледный и уставший после подобных отлучек. У него было очень много болезненных родственников, которые заболевали с периодичностью раз в месяц.

***

Кругом стояла чернильная тьма. Но небо искрилось огненными зернами и, казалось, сеяло их по озеру. Темная вода была вся в звездной россыпи.

В ту ночь был назначен урок астрономии. Шестикурсники поднялись на Астрономическую башню, чтобы посмотреть на звезды. Профессор Хаттерсон, высокая женщина с добрым лицом, со светлыми, почти белыми, волосами, уже ждала их там. Ее длинная сиреневая мантия, казалось, парит в воздухе.

— Добрый вечер, класс. Сегодня лучшее небо, которое может быть для этого урока. Мне бы хотелось, чтобы вы назвали все звезды и планеты, которые увидите. Я поделю вас на пары.

К неудовольствию Лили ей в пару достался никто иной, как Поттер. Она думала, что Джеймс, как всегда, будет заниматься не пойми чем. Но, к ее удивлению, он сразу приступил к делу, изучая диаграммы, делая записи и то и дело поглядывая в телескоп.

— Так здесь Венера... и Козерог.

— Поттер, я… — начала Лили, но резко передумала. — Неважно. Вот здесь Меркурий.

— Слушай. Прости, ладно? Почему мы пытаемся уничтожить друг друга? Это не упрек, а всего лишь вопрос.

Он пристально смотрел ей в глаза, как бы желая придать глубокий смысл каждому своему слову. Но выражение его лица не вязалось с раскаивающимся тоном. Казалось, Джеймс вот-вот рассмеется.

— Да неужели? — холодно ответила Лили, но тут же замолчала, поняв, что что-то не так. Из ее рта вместо слов вылетело: — Илежуен ад?

Студенты стали прислушиваться к странному разговору.

— Что вы сказали, мисс Эванс? — спросила профессор Хаттерсон.

Лили посмотрела на Джеймса и увидела палочку в его руке. У нее вдруг мелькнуло легкое сомнение, тотчас превратившееся в уверенность. Ее худшие опасения оправдались. Вся эта болтовня с извинениями была дымовой завесой.

Девушка попыталась объяснить, что произошло, но у нее ничего не вышло. Джеймс весь трясся от смеха. Казалось, его очки вот-вот соскользнут с носа.

— Лялказ янем смйежд.

Тут профессор поняла, в чем дело: — Мистер Поттер, такое поведение на моем уроке недопустимо.

Достав палочку, она нацелила ее на Лили и произнесла контрзаклятие. Девушка схватилась за горло и сделала глубокий вдох.

— Поттер…

Ответом ей был веселый смех. Юноша хохотал, схватившись за живот и уморительно морща нос.

— Мистер Поттер, своим поступком вы заслужили отработку, — строго сказала Хаттерсон. — Урок окончен.

Джеймс, похоже, ничуть не расстроился. Спускаясь с башни, он загородил Лили дорогу и вдруг взорвался: — Послушай меня! Всему есть предел. Не стоит более искушать меня. С каких пор эта борьба, успех которой весьма сомнителен, стала смыслом твоей жизни? Утихомирься!

Ей никогда не приходило в голову, что человек может с такой быстротой перейти от веселья к негодованию. В течение нескольких секунд девушка как будто искала более сильного выражения, искала и не могла найти, и внезапно, с таким видом, точно собиралась плюнуть, бросила ему в лицо: — У меня есть свой нравственный принцип, очень простой и легко применимый: «Не делай другим того, чего не хочешь, чтобы делали тебе».

Отредактировано Eve-Angel (26-03-2010 14:27:34)

0

7

Глава 6. Отработка

Стояла золотая осень. Нежный шелест звучал, как жалоба, и беспрерывно падающие листья казались слезами, которые проливали печальные деревья, оплакивая конец теплого ветра и ясного солнца.

Приближался Хэллоуин. В этот праздник невозможное не существовало, невероятное исчезало, фантастическое становилось правдоподобным, а сверхъестественное — привычным. О празднике толковали в гостиных всех четырех факультетов. Рождались мысли, которыми необходимо было обменяться.

Сириус за это время успел повстречаться еще с тремя девушками, которых потом безжалостно бросил. И теперь разгуливал с какой-то когтевранкой. Жажда удовольствий составляла единственную постоянную черту его характера.

В пятницу Лили была готова отомстить мародерам. И хотя это только Джеймс зло пошутил со стулом, заколдовал тучку и заклял ее на уроке, она решила, что накажет всех четверых. Черствость, которую она искусственно вызывала в своем сердце, помогала заглушить голос совести.

Местом для претворения своего плана она выбрала урок ухода за магическими существами.

— Эй, мародеры! — крикнула Лили. Как только юноши обернулись, она нацелила на них палочку и произнесла: — Солик Нонфините!

Пару секунд ничего не происходило. Внезапно Римус стал тихонько напевать какую-то мелодию. К нему присоединился Джеймс. Затем настала очередь Питера и Сириуса.

«Мы знаем песню, которая действует всем на нервы.
Всем на нервы!
Всем на нервы!
Мы знаем песню, которая действует всем на нервы.
Мы знаем песню, которая действует всем на нервы.
Всем на нервы...»

Снова и снова они повторяли эти несколько строчек, покачивая в такт головами и выглядя безмятежно счастливыми идиотами. Вскоре их пение стало докучать студентам. Посыпался град издевательских поздравлений. Они, такие популярные, оказались в глупейшем положении.

На поляне появилась профессор Хиггл. Шутки и смех разом стихли. Говор сменился молчанием. В полной тишине продолжало звучать фальшивое пение.

— Мальчики, если вы сейчас же не перестанете, я назначу вам отработку!

Сердце Питера упало. Он со всей силы сжал челюсти, но это не помогло.

Джеймс указал на Лили, потом на свой рот, пытаясь объяснить, что они поют не по своей воле.

— Мистер Поттер, я лишу вас значка префекта, если вы не прекратите это безобразие!

На лице юноши появилась одна из тех улыбок, которыми скрывают самые ужасные страдания.

Девушка усмехнулась: если она ничего не предпримет, Джеймс лишится своей должности.

Но неужели она так его ненавидит, что готова уничтожить его мечту? Ведь он так много сделал, чтобы добиться звания префекта! А что подумают его родители, когда он потеряет значок? Она же гриффиндорка! В какой момент она позволила чувству справедливости опуститься до примитивной мстительности?! Душевное ликование уступило место стыду.

Лили вскинула палочку: — Солик Фините.

Юноши замолчали.

— Это была Лили, профессор! Она сделала это! — в бешенстве закричал Джеймс, чувствуя, что его опять обскакали. — Она нас заколдовала!

— Мисс Эванс, это правда? И не вздумайте мне лгать!

Лили закусила губу, не зная, что ответить. Но потом все же решилась: — Да. Но Поттер первый начал! Вчера вечером он...

— Не утруждайтесь. Я уже осведомлена о том, что произошло. Вы и мистер Поттер будете отрабатывать наказание вместе в надежде, что, быть может, научитесь мирно сосуществовать. Чтобы оба были в шесть в холле.

— Отработка? — Лили надеялась, что ослышалась.

Она примерная ученица, префект, получила отработку! Девушка старалась улыбаться, чтобы не уронить достоинства. И твердым голосом, чтобы убедить саму себя, четко произнесла: — Всё это просто недоразумение.

— Не надо слез с соплями. Не строй из себя беззащитную жертву злодеев, — Джеймс пытался говорить свободно, с легкой иронией, но у него не получалось. Голос был нервным и напряженным. — Сама себя наказала, так что отработка — это справедливо.

— Это не так уж и плохо. У меня их было сотни, — радостно подбодрил Сириус, в мгновение ока оказавшийся рядом.

Лили слушала их, не возражая, глядя в пустоту зелеными глазами.

***

Девушка спустилась в холл без четверти шесть. За все годы учебы это была ее первая отработка. И настроение сейчас было хуже не бывает.

Вскоре пришла профессор.

— Где мистер Поттер?

— Не знаю.

В начале седьмого послышались глухие шаги, и в холле появился Джеймс.

— Наконец-то вы соизволили придти!

Он улыбнулся, но оправдываться не стал.

— Ваша отработка будет заключаться в помощи Хагриду.

— А что именно мы должны будем делать? — насторожилась Лили.

Она не так уж часто видела лесничего, но, по ее мнению, он выглядел немного пугающе: это был тучный мужчина неопределенного возраста с крупным носом и мясистыми губами. Вид у него всегда был застенчивый и смущенный. Он как-то неуклюже оттопыривал локти, что объяснялось, по-видимому, громадными размерами его рук. Широкие, толстые пальцы казались нескладными, как бы стыдились самих себя и не знали, куда деваться. Но лицо его освещалось ясными и необыкновенно живыми глазами. Только они и жили в этом грузном теле.

Еще до Лили доходили слухи, что он наследник Слизерина и жаждет очистить школу от маглорожденных. Сейчас больше, чем когда-либо, она надеялась, что это всего лишь слухи.

— Вы будете помогать ему чистить трибуны.

Дойдя до стадиона, они сразу увидели Хагрида. С таким ростом его невозможно было не заметить. Он посыпал поле песком, что-то мурлыкая себе под нос.

— Рубеус, я привела вам помощников.

— Прекрасно. Мне как раз помощи не хватало.

— Я вернусь за вами через пару часов, — обратилась профессор к Лили и Джеймсу.

— Пока! — Хагрид помахал ей огромной ручищей и повернулся к ребятам. — Так, я приготовил вам все необходимое. Держите.

Он вручил им перчатки, моющее средство, тряпки и ведра с водой.

— Ну, идите, — сказал лесничий и неожиданно встрепенулся: — Ах, да. Я не спросил ваши имена.

— Лили Эванс, — пробормотала девушка и наклонилась, чтобы поднять упавшую тряпку.

— Джеймс Поттер, — представился юноша и направился прямиком к главной трибуне. Лили поспешила за ним.

Они остались наедине. Впервые. От натянутого молчания девушка почувствовала себя стесненно. Она откинула капюшон курточки. В лучах заходящего солнца блеснули тонкие, словно шелк волосы.

«Какая девочка, — подумал Джеймс. — Боже, какая девочка…»

— С чего начнем? — спросил он таким тоном, будто собирался совершить подвиг.

— Откуда я знаю? У меня никогда не было отработок.

— Да перестань ты! Мы оба виноваты.

— Если бы не ты со своей дурацкой шуткой в первый день... — Лили плеснула мыльный раствор в ведро.

— То есть это всё моя вина? — уточнил Джеймс. — О, Мерлин! Ты имеешь в виду ту шутку со стулом? Ты же не отнеслась к этому серьезно, не так ли?

Девушка опустила щетку в ведро и с остервенением начала мыть скамейку: — Тебя бы на мое место.

— Невозможно с точки зрения физиологии.

Лили покачала головой и продолжила работу. Она чувствовала, что из горла рвется смех, неудержимый, как ее недавняя злоба. Она изо всех сил боролась с собой, но фраза, брошенная Джеймсом, не выходила из головы и казалась невероятно смешной. Девушка кашлянула, закрыла глаза и вдруг расхохоталась. Она смеялась до слез, не в силах остановиться.

Потом наступило молчание. Каждый занимался своим делом. Время тянулась ужасно медленно.

Наконец, Джеймсу надоела игра в молчанку, и он сказал: — На самом деле это было забавно.

Лили подняла бровь.

— Раздражающая песня, — пояснил юноша. — Сириуса восхитило твое безрассудство. И Римуса тоже.

— А что Питер?

— Он не просто испугался, он впал в в панику. Всерьез думал, что нас исключат.

— Я бы этого не допустила, — Лили не улыбнулась в ответ. Она улыбалась, только если ей хотелось, а из вежливости — никогда.

— Почему?

Девушка чувствовала его внимательный взгляд, но упорно не поднимала головы.

— Просто не позволила бы и всё. Не знаю, как бы Хогвартс обошелся без вас… и я не такая, чтобы по моей вине кого-нибудь исключили.

Снова наступила тишина. Они оба что-то обдумывали.

— А та шутка с тучкой...

— Ладно, согласен — я безмозглое существо, глупое, но веселое.

Лили мельком взглянула на юношу и замерла. Он стоял на коленях, сосредоточившись на работе. Его джемпер небрежно валялся на одной из скамеек, рубашка была расстегнута на несколько пуговиц. Тонкий профиль, рот с четко очерченными губами и глубокие ямочки на щеках придавали его лицу насмешливое выражение, в то время как глаза, по странному контрасту, были грустными.

В течение одного момента Лили даже показалось, что он красивый. Память услужливо подсказала, что в Хогвартсе о нем говорили как о человеке надежном, отзывчивом и приятном в общении.

Джеймс почувствовал на себе ее пристальный взгляд, и у него мелькнула смутная мысль, что стоит ему протянуть руку… Чем она ответит? Поцелуем или пощечиной? Он не знал. Но что-то произойдет, в этом он был уверен. Юноша поднял глаза и так нежно улыбнулся, что у Лили затрепетали ресницы, и она поспешно отвернулась.

Она только что думала, что Поттер красивый? Стоп! Как она вообще могла так подумать о нем? О парне, который раздражал ее столько лет?

— О, Мерлин!

«Прекрасно, — подумал Джеймс, — значит, ответом была бы пощечина».

До конца отработки они не проронили ни слова. Каждый был погружен в свои мысли.

***

— Поттер! Эванс!

Джеймс подошел к краю трибуны и посмотрел вниз: — Это Хиггл.

— Спускайтесь.

— Хорошо. Ловите меня, — крикнул юноша и сделал вид, что пытается перепрыгнуть через ограждение.

Лили засмеялась: — Подожди, нужно отнести вещи.

Взяв пустые ведра, они сложили туда бутылки и тряпки. Джеймс накинул на плечи джемпер, и они спустились вниз.

— Они всё сделали, как надо, Рубеус?

Хагрид энергично закивал и подмигнул ребятам: — Я благодарю их обоих.

— Можете вернуться в замок.

Ночь была сказочная. Звездное небо было затянуто легкой дымкой тумана. И от этого полную луну окружал золотой ореол.

— Эээ… мы всё еще собираемся отомстить тебе за выходку с песней. Ты же понимаешь, что ничего не изменилось?

— Конечно. Я другого и не ожидала. Как хорошо, что надежды сбываются! Какая тяжесть свалилась с плеч! — Лили прикусила губу, тут же пожалев о своей язвительной реплике.

— Будь уверена, не разочаруем, — рассмеялся Джеймс. — Что сказали бы мои друзья, заяви я, что отступаюсь от своей цели? Что они потеряли компаньона для будущих проказ?

— Это был бы самый грустный день для мародеров.

— Да. Очень грустный, — кивнул Поттер и неожиданно перескочил на другую тему: — Что ты думаешь о бале-маскараде?

— Почему ты все еще говоришь со мной?

— А почему бы и нет?

— Чтобы так просто разрушить свою репутацию? Только представь, что скажут люди, увидев нас мирно беседующими?

Подойдя к портрету Полной Дамы, Лили назвала пароль. Картина открыла проход, и они вошла внутрь. Гостиная была пуста, за исключением развалившихся на диване Сириуса и Питера. Они оба спали.

— А где Римус?

— Почему тебя это волнует?

— Это всего лишь вопрос.

— Его дедушка болеет. Римус к нему очень привязан, — Джеймс плюхнулся на диван рядом с друзьями.

— Похоже у него очень больная семья. Может, стоит собрать им что-нибудь в знак нашей поддержки или…

— В этом нет необходимости.

— Знаешь, как-то странно, что-то кто-то из семьи Римуса заболевает раз в месяц. Сначала его бабушка, потом кузина, теперь еще и дедушка.

— Не вижу ничего странного.

— О, неужели? — Лили начала догадываться об истинной причине отъездов Люпина, но не была уверена до конца.

— Не ввязывайся в то, чего не понимаешь!

— Я всё прекрасно понимаю.

— Понятно, что ничего не понятно. Но тебе, полагаю, виднее, — Поттер чувствовал, что нужно сказать что-нибудь еще, но ничего не придумав, начал будить друзей.

— Эээ... ты уже вернулся? — Петтигрю сонно щурился.

— Как видишь, — ответил юноша и добавил: — Лили, уйди.

— Что? Я опоздал? Мы уже уходим? — пробормотал Блэк, не заметив девушки.

— Уходите? Куда? Может…

— Замолчи, — Джеймс пытался скрыть свою растерянность.

Они посмотрели друг другу в лицо, и одновременно отвели глаза. Поттер легонько взял девушку за локоток, передвинул всего на шаг, но ухитрился сделать это столь непреклонно и властно, что Лили моментально осознала себя выбывшей из игры.

Она ушла, не прощаясь. История не закончена, и последнее слово будет за ней.

Отредактировано Eve-Angel (26-03-2010 14:29:57)

0

8

Глава 7. Полнолуние

Громко поднявшись по лестнице, Лили замерла на мгновение, а потом на цыпочках спустилась обратно и спряталась в нише стены. Происходящие события казались ей подозрительным, и она решила последовать за мародерами, чтобы всё выяснить.

— Ну, что, готовы? — негромко спросил Джеймс.

«Наверное, задумали очередную шутку».

— Мантию-невидимку не забыли?

«Та-ак. У них есть мантия-невидимка? Интересно».

— Она вряд ли понадобится. Если что — Питер проверит.

— Безопаснее будет, если...

— Может, пойдем уже? Он и так долго ждет.

На секунду воцарилось молчание, потом Лили услышала какой-то хлопок. Осторожно выглянув, она увидела только двоих юношей.

«Куда делся Питер? Может, он аппарировал? Хотя нет. В Хогвартсе это невозможно».

Сириус и Джеймс подошли к портрету и выскользнули из гостиной.

Лили выскочила из своего укрытия и направилась за ними. Тихо переговариваясь, они сворачивали из одного коридора в другой, внимательно смотря себе под ноги.

Юноши спустились на первый этаж и вышли из замка. Лили проскользнула за ними.

Лунный свет заливал всё вокруг, и девушка метнулась в тень деревьев, чтобы и дальше оставаться незамеченной. Джеймс и Сириус уверенным шагом шли к Дракучей Иве.

— Вперед, Хвост!

Лили выглянула из-за дерева и стала внимательно смотреть, что же будет дальше. Внезапно ветви прекратили качаться и неподвижно замерли.

— Готов?

— Да.

Хлопок, и на месте Джеймса возник большой красивый олень. Лили чуть не задохнулась от неожиданности.

«Поттер — анимаг?»

Еще один хлопок, и на месте Сириуса оказался черный, лохматый пес.

«И Блэк тоже? Но как это возможно? Они слишком юны, чтобы быть анимагами. Никто бы им не позволил. Значит, они незарегистрированные!»

— Джеймс! — крикнула девушка и смолкла, испугавшись своей смелости.

Олень резко развернулся и уставился на нее.

Сириус опомнился первым и, превратившись обратно в человека, с раздражением спросил: — Эванс? Что ты здесь делаешь? — и, повернувшись к другу, продолжил: — Ты ей ска...

— Нет, конечно! — возмущенно перебил Поттер. — Лили, что происходит?

— Это я должна задать вам этот вопрос! Незарегистрированные анимаги! Подумать только! Вы можете получить срок в Азкабане!

— Тебя это не должно волновать! Кроме того, ты не знаешь, почему мы анимаги.

— Это незаконно. Вы что не понимаете, насколько всё серьезно?! Это не глупое школьное правило...

— О, Мерлин! Да плевать на все эти психованные правила поведения, — Сириус уже оправился от шока и пытался изобразить на лице слабое подобие своей обычной улыбки. — Лил, перестань строить из себя мамочку.

— Как вы могли? Закон — не шутка. Это единственное соображение, которое следует принимать во внимание.

— Ты действительно не понимаешь.

— Чего не понимаю? Что вы выбрались из школы, чтобы устроить какую-нибудь шалость? Я должна всё рассказать директору.

— Нет! Не делай этого! — Джеймс разволновался не на шутку.

— И почему же?

— Мы… эээ… кое-кому помогаем.

— И в чем заключается ваша помощь, что вам нужно было становиться анимагами? — подозрительно спросила Лили. — И куда делся Питер?

— Он с нашим другом.

— Или вы сейчас же мне всё объясните, или первое, что я сделаю утром — это пойду к директору.

— Он с Римусом, — тихо сказал Джеймс и замолчал.

Поняв, что продолжения, похоже, не предвидится, девушка спросила напрямую: — Что с Римусом?

Юноши быстро переглянулись.

— Он… эээ… болеет.

— Болеет?

— У Римуса есть проблема, — с неохотой начал Поттер. — Это случается раз в месяц…

— Проклятье, Сохатый! Ты говоришь так, будто у него ПМС. Проблема Римуса тогда, когда...

— Полнолуние, — ляпнула Лили. И вдруг подозрение, такое смутное, что она не сумела бы назвать его, пронеслось в мозгу.

Внезапно послышалась какая-то возня, и из отверстия выбежала маленькая крыска. Хлопок, и на ее месте образовался Питер.

— Ты? — сейчас девушка по-новому оценила владевшее Джеймсом напряжение.

— Да, но это не важно. Римус... Он идет сюда. Я не смог его остановить.

— Лили, ты должна уйти! Сейчас же! — приказным тоном сказал Поттер и, положив руку на ее плечо, подтолкнул в сторону замка.

— Это же Римус. Он не причинит мне вреда.

— Я серьезно! Уходи! Он сейчас не контролирует себя!

— Тебе действительно лучше уйти, — сказал Сириус с таким видом, что она невольно сделала шаг назад.

Лили никогда не видела у него такого лица. Волна страха накрыла ее с головой.

— Что с Римусом? Он ранен?

Но мародеры не способны были дальше вести разговор и озирались по сторонам, отчего их волнение еще более возрастало: Джеймс хмурился и старательно отводил глаза, Питер переминался с ноги на ногу, Сириус с тревогой поглядывал на отверстие.

— Джеймс… — осторожно начала Лили.

Он покачал головой и молча развернул ее по направлению к замку. Внезапно раздалось громкое рычание. Все трое с ужасом уставились на проем. Послышался какой-то хруст, и наружу вылетели щепки. Лили испуганно закричала, прикрывая лицо руками. Потом вылез огромных размеров волк. Девушка сразу поняла, что никакой это не волк. Оборотень!

— Лили, беги!

Но она не шелохнулась. Ее будто парализовало, тело стало ватным. Моргнуть — и то было страшно. Она в ужасе уставилась на огромное создание.

Оборотень угрожающе оскалился. Девушка почувствовала дикий, леденящий страх. Джеймс быстро перекинулся в оленя, Сириус тоже обратился. Лили заметила, что глаза оборотня смягчились при виде животных. Он перевел взгляд обратно на нее, внимательно следя за каждым ее движением. Сердце девушки на мгновение замерло, а потом забилось с бешеной скоростью.

Сириус громко залаял, отвлекая волка. Олень начал легонько подталкивать ее в сторону. Лили вышла из оцепенения и, развернувшись, со всех ног побежала в замок. Она бежала изо всех сил, не раздумывая, не пытаясь понять, осмыслить происходящее. Сзади, совсем близко, раздался жуткий вой, но она даже не обернулась.

Лили неслась по бесконечным коридорам, натыкаясь на стены. Стремглав поднявшись по лестнице, она остановилась на последней ступеньке, задыхаясь от сердцебиения.

Еле переведя дыхание, она подошла к окну и выглянула наружу. Луна уже скрылась за облаками. Но все же ей удалось разглядеть крошечные фигурки мародеров, которые склонились над существом, стоявшим на четвереньках. Бережно подхватив его, они занесли его в отверстие. Когда они скрылись, ветви Ивы снова начали качаться.

Лили прокралась в гостиную Гриффиндора и поднялась в спальню. Она интуитивно чувствовала, что не стоит дожидаться мародеров.

Только теперь у нее наступила реакция после перенесенного потрясения. Девушка почувствовала, как кровь отхлынула от лица, и, закрыв глаза, откинула голову на мягкую спинку кресла.

Внезапно на ум пришла тревожная мысль: они могли пострадать из-за нее. Ведь там был оборотень. Но откуда он мог взяться?

Озарение снизошло с быстротой молнии.

— Римус Люпин!

При звуке собственного голоса Лили вздрогнула и оглянулась. Несомненно, у нее разыгрались нервы.

«Вот что скрывали Поттер и Блэк. В полнолуния Римус спускается в то отверстие и превращается. Дракучая Ива охраняет вход. Но что случилось бы, если бы он вышел? Как сегодня, например. Все были бы в опасности. Он мог бы убить, сам того не желая, действуя по инстинкту. Это всё очень опасно!»

Лили слышала, как пробило час, потом два. Было жарко, ее бросало в пот, кровь стучала в висках.

«Нужно сообщить Дамблдору, что в Хогвартсе учится оборотень. Но с другой стороны: разве директор не заметил бы, что один из его учеников отсутствует раз в месяц? Нужно всё выяснить. Пока что у меня мало информации».

Неизвестно, в котором часу ей удалось заснуть. Неоспоримо одно: когда Лили проснулась, в голове у нее царил такой же сумбур, как и накануне, и она была столь же далека от какого-либо решения.

Отредактировано Eve-Angel (26-03-2010 14:33:22)

0

9

Глава 8. Хэллоуин

На следующее утро Лили первым делом отправилась в библиотеку. Взяв несколько книг об оборотнях, она разложила их на столе и открыла первую.

Потратив на это почти два часа, она не нашла ничего стоящего, кроме того, что укус оборотня обращает человека. Подняв взгляд от очередного фолианта, девушка увидела Джеймса и Сириуса, стоявших на пороге.

— Лили!

— Ужасное место! Ты только посмотри на все эти книги!

— Да-да, — отмахнулся Джеймс. — Насчет прошлой ночи...

— Люди действительно ходят сюда почитать? — не унимался Блэк. — Сохатый, а мы почему не ходим?

Лили искоса посмотрела на юношу и на мгновение подумала, уж не ломает ли он комедию. Сириус любил поиграть, тем более что все обычно попадались на его удочку. Но сейчас на его лице было написано действительно искренне удивление. Блэк пошел вдоль стеллажей, напустив на себя важный вид, то и дело доставая какую-нибудь книгу и через секунду ставя ее на место.

— Не обращай внимания. Так насчет прошлой ночи...

— Римус опасен, — перебила Лили и, придвинув книгу, продолжила: — Смотри, здесь говорится, что оборотни не контролируют себя, могут укусить кого-нибудь и превратить...

— Я в курсе.

В библиотеке кроме них троих никого не было, но Джеймс всё время нервно озирался, будто боялся, что их подслушают.

— Дамблдор знает.

— Да?

— Каждое полнолуние мадам Помфри ведет Римуса через туннель и...

— Куда ведет?

— В Визжащую Хижину. Директор велел закрыть проход Ивой, чтобы никто не смог последовать за ними.

— Разумно. А он знает, что вы незарегистрированные анимаги? Вы ими стали для забавы?

— Нет! И Дамблдор ничего об этом не знает, — Джеймс снова огляделся и, понизив голос, продолжил: — Мы волновались за Римуса, когда он уходил, и не могли сидеть, сложа руки. Питер нашел в какой-то книге, что оборотни не трогают животных. Это дало нам идею стать анимагами. Мы практиковались несколько лет, и только в этом году у нас получилось.

— Всё это только кажется хорошим. Но если бы вас поймали…

— У нас были бы большие проблемы.

— Очень большие. Вас могли бы посадить в тюрьму.

— Послушай, когда мы приходим к Римусу, он становится спокойнее.

— Вы нарушили закон!

— О, Мерлин! Ты можешь хоть раз в жизни не вмешиваться? Мы просто пытаемся помочь другу. Это не имеет никакого отношения к тебе.

— О, да. Я заметила это вчера.

— Да перестань ты! Если бы ты не сунула нос в чужие дела, ничего бы не случилось. Никто не просил тебя следить за нами.

— Студенты в опасности!

— Римус никому не навредит. А если всё же попытается, мы с Сириусом его остановим, как прошлой ночью. Мы бы не позволили ему напасть на тебя, — Джеймс устало потер переносицу. — Помнишь, что ты сказала на отработке?

— Если ты думаешь, что я буду покрывать вас...

— Ты сказала, что не позволила бы, чтобы кого-нибудь исключили по твоей вине.

— Это другое.

— Почему же?

— Есть вещи, с которыми нельзя смириться. Человеческие жизни — не игрушка. Меня удивляет ваша уверенность в своих силах и совершенно непостижимый оптимизм, — Лили сгребла книги и встала.

— Подожди, — Джеймс схватил ее за руку. — Это неестественно так быстро менять свое мнение.

— Не надо выдумать какие-то аргументы, поскольку по делу тебе сказать нечего. И отпусти руку.

— Эй, Лил! — крикнул Сириус, за что получил негодующий взгляд библиотекарши. — Как взять книгу с собой?

— Джеймс тебе всё объяснит, а мне пора.

***

Приняв душ в ванной комнате для префектов и намотав полотенце на голову, Лили отправилась в гриффиндорскую башню. Добравшись до своей спальни, она размотала полотенце. Медно-рыжие волосы приобрели ярко-зеленый оттенок.

— ПОТТЕР!

Ее крик, должно быть, услышал весь замок.

Запыхавшийся Джеймс взбежал вверх по лестнице и остановился на пороге: — Ты звала меня?

Секунду царило молчание, а потом юноша расхохотался.

— Это... это не я.

Сириус почувствовал, что намечается что-то интересное, и тоже подошел к спальне девочек: — Ух ты!

— Как мне ходить с такими волосами? — резко спросила Лили, а потом не выдержала и сорвалась на крик: — Они же ЗЕЛЕНЫЕ!

— Твои волосы удачно гармонируют с глазами!

— Что надо сделать, чтобы вернуть всё, как было?

— Понятия не имею, — пожал плечами Джеймс. — Ты собираешься всё рассказать про нас. Нужно было преподать тебе маленький урок.

— О, Мерлин! Я ничего не скажу! Но как мне теперь быть с этим?

Ей хотелось броситься на Поттера и сорвать с его лица надменную улыбку.

— Не волнуйся, — у Сириуса был простодушный и ласковый вид, а улыбающиеся глаза сулили только хорошее. — Зеленые волосы — это очень креативно и оригинально! Ни у кого в школе больше нет таких.

Лили стиснула зубы, чтобы не взорваться и не попросить его попридержать свой дурацкий язык.

— Бунт против заурядности жизни! Долой черно-белое мышление!

Это было последней каплей.

— Сегодня вечером меня увидит вся школа в таком виде! И всё из-за вас! Вон! Оба!

Юноши заметили Мэдисон и Беллу и поспешили ретироваться. Но Сириус, неукротимый, как всегда, обернулся, решив оставить за собой последнее слово: — Романтика столкнулась с реальностью и под безжалостным давлением увяла.

Увидев подругу, Белла чуть не подпрыгнула.

— Эээ… не переживай.

— Ты знаешь, как это исправить?

— Нет. Но не волнуйся, как-нибудь всё уладим.

Битый час девушки старались вернуть волосам настоящий цвет, но всё безрезультатно. Лили сидела, стиснув голову руками: чем больше подруги старались, тем хуже она себя чувствовала. Максимум, что удалось сделать — это придать нескольким прядям рыжеватый оттенок.

«Не могу позволить себе стать посмешищем».

Но она настолько любила жизнь, что была не способна долго чувствовать себя несчастной. Радостно улыбнувшись своему отражению, Лили начала готовиться к празднику.

***

Это была не девушка, а живой букет невообразимой прелести. Пояс из гвоздик обхватывал талию и, змеясь, спускался к ногам. Обнаженные плечи были обвиты гирляндами из незабудок, а волшебные орхидеи словно возникали из груди. Лили благоухала, как весенний сад.

Увидев ее, Джеймс остановился как вкопанный. Он в который раз подивился ее красоте, миндалевидному разрезу глаз и безупречному рисунку рта.

Зачарованный потолок светился красным, розовым, лиловым и был усеян облачками, похожими на клубы золотистого дыма. Воздух был напоен ароматом — это цвели деревья, наколдованные по всему залу. Над ними кружились светлячки, будто мерцающие серебристые искры.

На все колкости мародеров Лили отвечала лучезарной улыбкой. Эта тактика сбивала их с толку. Ее непринужденное молчание составляло разительный контраст с не умолкающей трескотней Беллы и Мэдисон.

Не теряя присутствия духа, Джеймс блистал остроумием, но понапрасну: Лили слушала его рассеянно. Юноша откинулся на спинку стула, несколько раздосадованный тем, что она так явно равнодушна ко всем его стараниям.

«Она играет со мной, как кошка с мышкой».

Наконец начались танцы.

— Довольно разговоров, давайте веселиться, — Поттер провел рукой по лбу, отгоняя тягостные мысли, и быстрым страстным движением обхватил талию Лили. Они тотчас исчезли в толпе.

Малфой пригласил на танец первую красавицу слизеринского факультета. Ее шелковистые волосы были усыпаны крошечными бриллиантами, длинное серебристое платье отливало оттенками морской волны.

Подцепив пышную белокурую когтевранку с фарфоровыми глазками, Сириус заставил ее плясать что есть силы, пока у него самого не перехватило дыхание. Затем, осушив бокал сливочного пива, он пустился в пляс с другою девушкой.

***

После танцев профессор МакГонагалл подозвала префектов к учительскому столу и вручила Лили небольшой свиток.

— Мы планируем секретное мероприятие, — громко прочитала девушка и, сделав эффектную паузу, продолжила: — Оно будет устроено в честь нашего нового директора. Мы уверены, каждый из вас захочет принять участие, потому что это будет удивительно.

— Мы не станем рассказывать подробности, потому что хотим, чтобы это был сюрприз, — подхватил Джеймс, мельком заглянув в пергамент. — Просим вас нарядиться пятнадцатого ноября. И необязательно приходить парами. Вы вряд ли их найдете.

Студенты оживленно зашептались.

— Зачем ты им это сказал? Теперь все догадаются!

— Никто ничего не узнает.

— Я бы хотела, чтобы вы задержались, — обратилась МакГонагалл к префектам. — Нужно обсудить оформление зала и еще кое-какие детали.

***

— Какую группу пригласить на вечер?

— Как насчет «Джин Пентимум»? — предложила Хейли. — У них разная музыка: подойдет и для медленных, и для быстрых танцев.

Никто не возразил. На этом и порешили.

— Замечательно. А что насчет украшений?

— Можно поставить много маленьких столиков вместо наших факультетских. Оформить стены, добавить много свечей и тканей. Немного романтики не помешает.

— И еще поставить какой-нибудь спектакль, — внес свою лепту Джонатан.

— Подражание маглам, — саркастично протянул Люциус.

— Так, с оформлением всё ясно, — подвела итог профессор. — Какие маски будем раздавать? Мисс Эванс, есть какие-нибудь идеи?

— Под цвет костюмов.

— Неплохо. На сегодня всё. Я заранее сообщу о следующем собрании. И удачи на матче, Поттер.

Джеймс улыбнулся и кивнул.

Выйдя из Большого Зала, Лили бегом преодолела расстояние до гриффиндорской башни.

— Помоги! — обратилась она к Мэдисон, едва забежав в гостиною. — Мои волосы должны стать нормальными!

Та одарила подругу рассеянным взглядом и снова повернулась к Блэку, сидящему с ней на одном диване и что-то оживленно рассказывающему.

Лили подскочила к Белле. Та без слов поднялась и направилась в спальню.

— Так. Нужно вернуть твои волосы до понедельника. Ты же не можешь разгуливать на уроках в таком виде. Хэллоуин — это одно, ты была, можно сказать, лесной феей. Но завтра, одевшись в обычную мантию, будешь похожа на болотную ведьму.

Весь вечер девушка потратила, пытаясь помочь Лили. Но волосы упорно не хотели менять цвет.

— Не могу поверить, что они сделали это. Все будут смеяться надо мной. Кто будет уважать такого префекта?

— Я сейчас вернусь. У меня есть одна идея, — Белла подмигнула подруге и вышла за дверь.

Минуты через две она вернулась вместе с Джеймсом.

— Твоя шутка более чем неуместна, и я прошу положить этому конец. Ты злоупотребляешь моим терпением.

— Почему девчонкам так важно, как они выглядят?

Лили стояла к нему спиной, смотря в зеркало и не желая поворачиваться. Ее ум был достаточно тонок, чтобы уловить в его голосе легкую иронию.

— О, Мерлин! Твои волосы почти рыжие. Может, никто не заметит несколько зеленых прядей?

— Замолчи! — Лили резко повернулась. — Мне есть разница! МНЕ!

— Ты не должна заботиться о том, что подумают о тебе другие. Ты всегда симпатичная. Независимо оттого, какие у тебя волосы.

«Лицемерит или искренен?»

Белла привела его в надежде, что он поможет. Но, похоже, он ничего не собирался предпринимать.

— Уходи. Не хочу тебя видеть и говорить тоже не хочу… Подожди...

— Что-нибудь еще, дорогая? — усмехнулся Джеймс.

— Попроси Беллу вернуться.

— Как прикажете, Ваше Величество, — при ней он всегда обязан был держаться, как ни в чем не бывало, и сегодня, и завтра, и через неделю, и через год.

Лили плюхнулась на кровать, прокручивая в голове слова Джеймса: «Ты не должна заботиться о том, что подумают о тебе другие». Но почему?

Девушка достала личный дневник. Страницы с загнутыми там и сям уголками пахли прошлым. Она завела его еще на первом курсе, решив записывать всё, что с ней случалось, чтобы потом показывать родителям. Весь первый курс она старательно делала записи, но когда увидела, что маму и папу это не особо интересует, бросила это занятие.

С увеличивающейся печалью она просматривала страницы пятилетней давности. Тогда она была взволнованной, счастливой и нетерпеливой. Сейчас всё было по-другому.

Достав перо и чернила, Лили начала писать. Хотелось всё выплеснуть наружу. Она рассказывала о том, что случилось с начала учебного года: ее радость о назначении префектом, гнев, когда она упала на глазах у всей школы из-за Джеймса и о том, как она ему отомстила. И обо всех дальнейших событиях вплоть до сегодняшней ужасной выходки.

«Как же я его ненавижу! Что он о себе думает? Что ему всё позволено? Как он посмел так поступить со мной?! Это так по-детски! Хотя, чтобы описать мародеров именно это слово и нужно. До сих пор не могу поверить, что Римус — оборотень. А остальные — анимаги, и они шастают около школы в полнолуния. Какое мальчишество!»

Белла приоткрыла дверь и скользнула внутрь. Лили сунула дневник под подушку.

— Мне жаль, что ничего не вышло.

— Мне тоже.

— Как Джеймс вообще может быть таким бессердечным?

— Думаешь, именно это я сейчас хотела бы услышать? Ты же считаешь его милашкой, как и все.

— Ну, с этим я спорить не буду. Но он и вправду бывает жестоким.

— Ладно, хватит уже о Поттере.

— Хорошо, может обсудим Блэка? — хихикнула Белла.

— Я спать!

— А как же твои волосы? Может, я еще попробую?

«Ты не должна заботиться о том, что подумают о тебе другие».

— Нет, не нужно. Мы займемся этим позже.

— Вот эта Лили, которую я знаю! — довольно сказала Белла и, пожелав спокойной ночи, тихонько вышла из комнаты.

Отредактировано Eve-Angel (26-03-2010 14:34:08)

0

10

Глава 9. Матч Гриффиндор — Пуффендуй

Неделя пролетела незаметно. Было столько домашних заданий, что на остальное просто не хватало времени. В субботу должен был состояться матч Гриффиндор — Пуффендуй, и вся школа с нетерпением ждала этого события.

К сожалению, условия для игры были не слишком хорошими. Всю неделю дул сильный ветер, и игроки боялись, что он будет и во время матча, что значительно усложнит игру.

***

Подруги ходили по трибунам в поисках свободных мест. Лили была довольна, что ее волосы в конце концов приобрели первоначальный оттенок.

— О, Мерлин, ну и погодка, — раздраженно пробормотала Мэдисон, приглаживая растрепавшуюся прическу.

— Давайте сядем здесь, — Белла указала на три свободных места.

— Пожалуйста, рассаживаетесь побыстрей. Матч вот-вот начнется, — разнесся по стадиону голос Римуса, назначенного комментатором.

Все приветственно зааплодировали.

Через несколько секунд он продолжил: — Итак, встречайте команду Пуффендуя: капитан Амос Диггори, загонщики Ашонэл и Пигген, охотники МакГрегор, Фрэнамо и Шерри и их превосходный ловец Кайли Брахиум.

Пуффендуйцы громко захлопали, подбадривая своих игроков. Многие размахивали флажками.

— Команда Гриффиндора: капитан Джим Маркус, загонщики Сириус Блэк и Фрэнк Донахью, наши потрясающие охотники Эрика Трэнси, Рейчел Лэнг и Гарольд Джей, и конечно, самый лучший ловец Джеймс Поттер.

Улыбающиеся гриффиндорцы вылетели на поле и приветственно замахали болельщикам.

— И вот появляется мадам Хуч. Мячи выпущены. Напоминаю: снитч стоит 150 очков. Ловец, который его поймает, закончит игру. Квоффл брошен, и игра начинается!

Игроки бросились врассыпную.

— Лэнг сразу же ловит квоффл. Загонщик посылает в нее бладжер, но она уворачивается и стремительно приближается к кольцам. Ох, вратарь наготове. Рейчел размахивается и... Да! Десять очков в пользу Гриффиндора!

Лили не могла усидеть на месте и с волнением наблюдала за игрой. Игроки быстро перемещались по полю, передавая друг другу мяч. Загонщики тоже не сидели на месте, посылая бладжеры в противников и пытаясь их сбить.

Джеймс поднялся высоко над полем и вглядывался, пытаясь обнаружить золотой блеск маленького мячика. Кайли зависла невдалеке от юноши и внимательно следила за ним в надежде, что он приведет ее к снитчу.

Поттер сделал умопомрачительную петлю и направил метлу вниз.

— Судя по маневру гриффиндорского ловца, я могу заключить, что он обнаружил снитч!

Болельщики замерли в напряженном ожидании.

Джеймс летел, как во сне. В лицо молотил холодный ветер, кожу стянуло, превратило в морозную маску. Это был бешеный полет. Не было времени на рассуждения и мысли, он сосредоточился на одном — не сбрасывая скорости, удержаться на метле и не угодить в воздушную яму.

Юноша протянул руку, и через секунду в его ладони затрепыхался золотой снитч. Поттер довольно ухмыльнулся и опустился на поле. Мадам Хуч дунула в свисток, объявляя о завершении матча.

— Гриффиндор побеждает со счетом 160-0!

— Поттер! Поттер! — восхищенно скандировала толпа. Лили тоже не осталась равнодушной — она действительно была впечатлена: Джеймс поймал снитч в рекордно короткое время!

***

— А вот и наш замечательный ловец! — крикнул кто-то, когда раскрасневшиеся игроки вошли в гостиную.

Лица присутствующих просветлели от удовольствия, команду встретили радостными приветствиями и аплодисментами. Тут же закружился водоворот лихорадочного возбуждения. Решено было отметить победу, и парни бросились на кухню за едой.

Джеймс, главная персона праздника, рассказывал о своей победе веселым, пренебрежительным тоном человека, который подсмеивается над самим собою так же, как и над другими, и сгущает краски, чтобы усилить впечатление.

Сириус щеголял остроумием, уже вошедшим в поговорку. Римус не отставал от друзей. У него был бесценный дар поддерживать беседу: чуть наступала пауза, он весьма кстати вставлял нужное замечание, и разговор снова оживлялся. А Питер открывал рот только затем, чтобы положить в него лакомый кусочек.

Мародеры веселились вовсю. Каждой девушке, оказавшейся в поле их зрения, они кричали: — Эй, ты, моя конфеточка!

Все праздновали до тех пор, пока не посыпались остроты, способные вогнать в краску даже белоснежную скатерть. Заявилась МакГонагалл и велела всем вернуться к обычным делам.

Лили, еще пару часов назад оставившая всеобщее веселье, сидела в уголке гостиной, углубившись в чтение.

— Привет, — Сириус сел рядом и принял изящную позу. — Около тебя надо наколдовать плакат: «Здесь не смеются, здесь только учатся».

Звук его голоса вывел девушку из задумчивости.

— Почему ты не праздновала вместе со всеми? Я заметил, что ты весь вечер просидела одна. Не следует давать уму слишком большую нагрузку. Задания ведь могут и подождать.

Стремление к праздности всегда было сильной чертой его характера.

— Конечно, я рада, что мы победили. Поттер поймал снитч менее чем через пять минут после нача...

— Ну и что читаем? — Сириус выхватил из ее рук книгу и стал перелистывать страницы.

— Отдай сейчас же! Это для домашней работы.

— «Анимагия»? — юноша подозрительно сощурился. — Мы проходили эту тему на третьем курсе.

Секунду он молчал, а потом по его лицу скользнуло понимание: — Ты читаешь это из-за нас, не так ли?

Вопрос был поставлен так, что и «да», и «нет» прозвучали бы в равной степени нелепо.

— Только не говори, что тоже хочешь стать анимагом.

Она не ответила. Блэк расценил ее молчание по-своему.

— И каким же животным? А ведь это чертовски трудная задача!

«Да как он вообще мог такое подумать?! Я бы ни за что не нарушила закон!»

— Я вовсе не собираюсь становиться анимагом! Да, не буду отрицать, я читаю из-за вас. Я не буду сидеть, сложа руки, и позволять своим друзьям...

— Так теперь мы друзья? — Сириус мгновенно посерьёзнел. — Я всегда думал, что ты ненавидишь нас.

— Я оговорилась. Мы не друзья, просто знакомые. Но я не позволю своим знакомым попасть в Азкабан только потому, что они хотят дружить с… оборотнем.

— Мародеры сами выбирают себе друзей. А ты иногда и вправду напрягаешь.

— И каким же образом?

— Порой ты действуешь, как наш друг, а порой вынюхиваешь что-то у нас за спиной.

— С вами точно также! Вы все такие милые и внимательные, а потом вдруг берете и окрашиваете мои волосы в зеленый цвет!

— Да, славная шутка! Ты была вне себя из-за этого, но зато на празднике произвела фурор: зеленые глазищи, зеленые волосы — сочетание, будоражащее кровь!

— Вне себя? Фурор? Ты себя слышишь? — во взгляде Лили никто не усмотрел бы дружелюбия. — А мародеры, конечно, всегда и во всем правы?

— Я этого не говорил. Но одно я знаю точно: Джеймс был прав насчет тебя. В первую очередь ты всегда думаешь о себе.

Сириус улыбнулся и встал. Его спокойствие привело ее в ярость.

— Ты так говоришь, потому что Поттер это сказал? Он ваш лидер, и вы всё делаете, как будет угодно ему. Пусть вы и не верите в это, но это так. Вы считаете его своим лучшим другом, но, если бы вы исчезли с лица земли, думаешь, он был бы одинок? О, нет! Он мигом бы нашел замену!

На секунду лицо юноши окаменело, но он тут же справился с собой и рассмеялся: — Ты, несомненно, будешь критиковать рай, когда попадёшь туда, — он по-прежнему улыбался, но серые глаза заставили девушку похолодеть.

Лили вскочила с дивана и бросилась наверх. Она знала, что большая часть сказанного — неправда. Ярость погасла столь же внезапно, как и вспыхнула, и она чувствовала себя негодяйкой, почти преступницей. Трудно представить, что было бы с Джеймсом, если бы с Сириусом или остальными мародерами что-нибудь случилось. Лили чувствовала себя ужасно из-за того, что наговорила всё это Блэку. Она немного недолюбливала его, но он ничего не сделал, чтобы выслушивать подобные вещи.

Дверь спальни отворилась, и вошла Мэдисон.

— Я слышала ваш разговор. Ты в порядке?

— Да! А с чего это мне быть не в порядке? — съязвила Лили.

— Успокойся. Расскажи, что случилось.

На мгновение скользнула мысль: а, может, и вправду всё ей рассказать? О тайне мародеров и Римуса. Но она тут же же отмела эту идею.

— Не могу.

— Ну и ладно, — обиженно протянула Мэдисон и ушла.

Сейчас Лили это не волновало — ее раздирали сомнения и самые противоречивые чувства. Достав дневник, она открыла его на чистой странице и начала писать. Девушка чувствовала облегчение, выплескивая накопившиеся эмоции на бумагу. Мало-помалу ей удалось привести чувства в порядок.

«Не знаю, что делать. В последнее время столько всего навалилось. Я все еще должна отомстить мародерам за их последнюю шутку. Надо придумать что-нибудь забавное. У меня есть одна интересная идейка. Скорее всего, ее я и осуществлю».

Лили довольно улыбнулась и потерла руки в предвкушении.

Отредактировано Eve-Angel (26-03-2010 14:35:08)

0


Вы здесь » Змеиная Долина » Гет » "Lily Evans and the Marauders", макси, PG, ЛЭ/ДжП, закончен